Неделю назад была презентована персональная экспозиция скульптора Андрея Осташова в Санкт-Петербурге, в музее Эрарта.
Выставка-ретроспетива “Формы памяти” продлится до 20 января 2019 года – берите на заметку! Представлены лучшие работы за 20 лет творчества: скульптуры и литография.

Вообще, за время моего профессионального сотрудничества с Осташовым с успехом прошли более десяти выставок мастера в разных уголках мира. Но именно в России эта – первая (по иронии, в родной для нас обоих Беларуси пока ни одной)).

Монтаж в музейном зале продолжался несколько дней.

В день “закрытого открытия”, ожидая прессу, я сделала несколько снимков. Увлекло)) Тот случай, когда кадры вдруг настолько нравятся самой, что захотелось поделиться ими в блоге))

Кстати, имея за плечами опыт работы в Минске, любой пиарщик-эмигрант поразится количеству качественной и востребованной прессы в любой другой точке мира. И незаангажированности телевидения!

Жители Санкт-Петербурга до сих слушают радио, выписывают газеты и журналы. То же самое мы наблюдали в Тбилиси. Там это вообще было неожиданностью.

Андрей Осташов – отважный художник.

Его работы – во многом абсолютная архаика. Подобная сентиментальность, изысканность, проработанность деталей в изобразительном искусстве давно осуждена и отвергнута, предана арт-критической анафеме.

Но для Осташова красота непременна и неотъемлема.

Его скульптуры трепещут под взглядом, заставляя задуматься о забытом принципе эстетики в искусстве, об этой “ускользающей натуре”, о привычках восприятия.. и где-то даже о гипотезе, тянущейся от Уэллса, Стругацких и Зиновьева: про неизбежную эволюцию человечества в человейник и люденов.

Искусствоведы прогнозируют: остаток нынешнего столетия (то есть второе столетие подряд) в апогее искусства останутся провокация, кич, отрицание, примитивизм. А теперь еще и погоня за новой конвертируемой валютой – лайками и репостами.

Взять, например, выставку Марины Абрамович The Cleaner. В эти дни она проходит во флорентийском Палаццо Строцци. Чтобы увидеть проект, в Стокгольме посетители стояли в очереди по 3-4 часа ежедневно!

На флорентийском вернисаже поклонник ударил Марину по голове картиной с ее изображением. Что сразу вызвало интерес к выставке.

Но попробуй признайся, что не считаешь Марину талантливым художником, а выложенная ею груда костей с нестерпимым трупным омбре в центре музейного зала – никакое не искусство. Как например, и скульптура Джеффа Кунса “Собака из воздушных шаров (Оранжевая)”. Камон! Ну, это ж просто увеличенный шарик. Однако копия надувной таксы из нержавейки – самое дорогое произведение ныне живущего художника (почти 60 млн евро). А с каждым ударом по голове Марина Абрамович становится востребованнее и финансово успешнее.

Недавно в интервью “Искусство измеряется в лайках” Ольги Усковой звучало точное объяснение, как в эпоху цифры формируется стоимость искусства, а шумиха вытягивает картины в цене лучше признания арт-экспертов.

“В том числе поэтому Бэнкси пошел на уничтожение картин на аукционе Sotheby’s – ему нужно было “легализоваться” в соцмедиа. Ему были нужны эти 50 млн просмотров, которые равны $5 млн – аукционной стоимости картины”.

Размышляя о скульптурах Осташова, искусствоведы говорят о смешении эстетики Востока и Запада, о единстве  прошлого и настоящего, древних эпосов и современности…

А еще – о профессиональной и персональной культуре, которая читается во всем. В формах и линиях, виртуозной технике лепки, в изысканности тонировки…

Некоторые зрители подмечают, что скульптуры вступают с ними диалог – и у каждого находятся свои “отзывчивые собеседники”.

Причем неоднократно доказано (и не только мной): спустя какое-то время работы, которые сильно отзывались, могут… замолчать. Будто выполнив свою миссию.

Для меня так случилось со скульптурой “Птичка”.

В феврале, когда работа только-только вышла из литейки, от нее не было вообще никаких сил оторваться. Какое-то откровение. Нескромно, но факт: именно я попросила Андрея переименовать эту скульптуру. Вариант автора – “Синяя птица” – показался мне недостаточно теплым для работы, которая сама по себе прям воплощение нежности)).

Сейчас у меня другие фавориты, которых не особенно замечала прежде. Глядя на “Птичку”, я все так же ее люблю. Но это как-то не взаимно, как раньше)))

Выставка открыта до 20 января 2019 года (10:00–22:00, вторник—выходной) в Музее Современного Искусства Эрарта – 29 линия Васильевского острова, 2.

От себя лично и от всей команды Ostashov sculpture благодарю сотрудников музея за проявленный профессионализм, а наших многочисленных друзей и партнеров – за то, что не поленились прилететь в Санкт-Петербург со всех уголков мира.

А в этой галерее – еще 23 фото – “портретов”.

 

Ну и кто еще не в инстаграм – присоединяйтесь!

View this post on Instagram

Sunrise over the Palace Square, Saint Petersburg 💖 // Шел седьмой день в #поребриксити, когда реакции не успевают за скоростью событий. Специальный эмоциональный дижестив для особо впечатлительных еще не изобрели. А надо бы. Поэтому копишь-растишь что-то похожее на обострение бродскости, и даже простуда с брусничными глазами-бусинами, а чих – по-русски, со звуком. Хочется написать вроде "вернусь сюда летом!". Хотя знаю, что не вернусь. В Ленинграде сто лет назад родилась моя самая любимая бабушка, и почему-то он (как и Псков), кажется очень родным. Как борода Довлатова. И, чего уж, я обязательно вернусь сюда летом!

A post shared by Elena / stogova.com (@elena.stogova) on

 

Почта для связи: elena@stogova.com